Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Александр Елисеев о книге В.Аверьянова "Цивилизация Потопа" .фрагмент

События современности вполне вписываются в рамки «Цивилизации Потопа» и служат неким средством её утверждения. Взять хотя бы пандемию COVID-19. Автор обращает внимание на многие странности, связанные с ней. Согласно ему, какие-то силы вполне могут использовать ковидные фобии для достижения неких глобальных задач. В частности, для того, что радикальнейшим образом зачистить мировое экономическое пространство и радикально перераспределить ресурсы.

Но самое главное, COVID-19 вовсе не обязательно является неким пределом современной «пандемичности». «На первый взгляд происходит нечто вроде учений, возможно, это всего лишь репетиция Большой Паники, которая запланирована на более позднее время и в связи с какой-то другой каверзной задумкой», — предполагает В. Аверьянов (с. 42).

Точка зрения Захара Прилепина .

— Интерес к Маяковскому знаменует популярность левой идеологии и назревающую войну?

— Не думаю, ведь Есенин был так же левый поэт, все попытки причислить его к антибольшевистскому течению — мягко говоря, от лукавого: половина из всего написанного им посвящено русской революции, выставлять его борцом с советской властью просто неприлично. «Баллада о 26-ти», «Баллада о 36-ти», «Анна Снегина» внесли мощный вклад в советскую повестку, культуру, быт. Надо просто признать — любая борьба с советской властью и социализмом - это борьба с Маяковским и Есениным. Что выбрать: сказать, что два величайших поэтических гения ХХ века во всем заблуждались или признать Октябрьскую революцию великим всемирным событием, колоссально повлиявшим на них?

— То есть, мнение, что трагедия Есенина заключается в его неприятии советской властью, не имеет оснований?

— Утверждая подобное, придется оперировать минимальной фактурой — там он повздорил с чекистами, а там был задержан за пьяную драку и пропесочен газетой «Правдой». По сути это — манипуляционный подход. Власть видела в нем одного из крупнейших поэтов Советской России, его лично опекал Сергей Киров, ним встречался Феликс Дзержинский и Лев Троцкий. Государственное издательство выкупало стихи по рублю за строчку лишь у трех поэтов — Маяковского, Есенина и Ахматовой. Сергей Александрович, его сестры и сотоварищи, буквально жили на поэтические доходы и Есенин порой мухлевал, публикуя новые стихи в нескольких газетах и журналах. До последних лет он предлагал себя в качестве партнера и соработника советской Родины. Самоубийство в «Англетере» точно не явилось итогом его непростых, но в целом понятных отношений с советской властью, это — результат его мучительной поэтической и человеческой судьбы, алкоголизма, бесконечных женитьб, брошенных детей, усталости от самого себя. Сводить этот чудовищный букет к политической подоплеке попросту нелепо — можно вспомнить хотя бы, что после смерти Ленина и до самого конца он работал над поэмой «Гуляй-поле», осмысливавшей Гражданскую войну как трудное, тяжелое, но безусловно благое деяние, в котором рождалась новая Россия. И после смерти, уже при Сталине Есенин был не случайно переиздан десять раз огромными тиражами — от 50-ти до 70-ти тысяч экземпляров.

Точка зрения М.Уитни. "Свободная пресса"

Страна была преднамеренно погружена в очередную Великую депрессию с явным намерением ввести меры жесткой экономии, которые задушат программы социального обеспечения, здравоохранения и любые другие программы социальной защиты, которые приносят пользу обычным трудящимся, пенсионерам и всем другим. Ничто из этого не является случайным или спонтанным. Все это взято из многовековой книги о действиях империи. И эту книгу используют интригующие элиты для реализации своего окончательного плана для Америки: снесите статуи, уничтожьте образы и символы, перепишите историю, сокрушите популистское сопротивление, создайте постоянный низший класс, который будет работать за гроши, натравите одну группу на другую, разожгите расовую ненависть, политическую поляризацию и братоубийственную войну, продвигайте вандалов, которые сжигают и грабят наши города, атакуйте любого, кто говорит правду, и предлагайте неограниченную поддержку той партии, которая присоединилась к коррумпированным разведывательным агентствам, предательским СМИ, зловещему «глубинному государству» и тираническим элитам, которые полны решимости контролировать все рычаги государственной власти и сокрушить любого, кто встанет у них на пути.

Лермонтов. Завещание

Наедине с тобою, брат,
Хотел бы я побыть:
На свете мало, говорят,
Мне остается жить!
Поедешь скоро ты домой:
Смотри ж… Да что? моей судьбой,
Сказать по правде, очень
Никто не озабочен.
А если спросит кто-нибудь…
Ну, кто бы ни спросил,
Скажи им, что навылет в грудь
Я пулей ранен был;
Что умер честно за царя,
Что плохи наши лекаря
И что родному краю
Поклон я посылаю.

Отца и мать мою едва ль
Застанешь ты в живых…
Признаться, право, было б жаль
Мне опечалить их;
Но если кто из них и жив,
Скажи, что я писать ленив,
Что полк в поход послали
И чтоб меня не ждали.

Соседка есть у них одна…
Как вспомнишь, как давно
Расстались!.. Обо мне она
Не спросит… все равно,
Ты расскажи всю правду ей,
Пустого сердца не жалей;
Пускай она поплачет…
Ей ничего не значит!

Владимир Бенедиктов . Соперник Пушкина.

О господи! Милостив буди!
Лишенья меня изъедают.
Ведь есть же блаженные люди —
В тюрьму за долги попадают.
Те люди, избавясь пристойно
От горькой, несносной свободы,
Под кровом тюремным спокойно
Сидят себе целые годы.
Даются ж им милости неба!
Их кормят готовою пищей,
А я-то, несчастный, без хлеба
Скитаюсь — отъявленный нищий!
О всем, что там тленно и ложно,
Вдали от людских приключений
Им там философствовать можно
Без всяких земных развлечений.
Пошел бы большими шагами
Под сень я железных затворов,
Да как запастись мне долгами?
И где мне добыть кредиторов?
Не верят! Как сердцу ни больно,
Взаймы не возьмешь ниоткуда,
И чист остаешься невольно…
А чистым быть бедному худо.

О господи! Милостив буди!
Во всех городках и столицах
Ведь есть же счастливые люди:
Лежат безмятежно в больницах.
Конечно, не то что уж в барстве,
А всё же не алчут, не жаждут;
Иные на легком лекарстве
Живут, да не очень и страждут.
Есть пища, кровать с одеялом,
Халат и колпак есть бумажный,
Броди себе зря, с перевалом,
Да туфлями хлопай преважно!
Не знай ни труда, ни тревоги!
Ничем тебя там не заботят,
А ляжешь да вытянешь ноги —
И гроб тебе даром сколотят.
Из нищих великого круга
В больницу пошел бы я смело,
Так нет никакого недуга —
Здоровье меня одолело!
Не примут! — И вот, поневоле,
По улицам бродишь покуда…
И видишь, что в нищенской доле
Здоровым быть бедному худо.

О господи! Милостив буди!
Посмотришь — иные воруют,
Иные способные люди
Живут грабежом да пируют,
Иные в пещере, в берлоге
Гнездятся, в лес выйдут и свищут,
И в ночь на проезжей дороге
Поживы от ближнего ищут.
Найдут — и в чаду окаянства
Пошла удалая потеха,
С разгулом кровавого пьянства
И с грохотом адского смеха.
Чем век мне бродить попрошайкой
С мешком от порога к порогу,
Пошел бы я с буйною шайкой
Туда — на большую дорогу,
Пошел бы гулякой веселым
На праздник, на пир кровопийства,
Взмахнул кистенем бы тяжелым
И грянул бы песню убийства,
Дней жизненных в чет или нечет
Сыграл бы… пусть петля решает!..
Пошел бы — да сердце перечит,
Сыграл бы… да совесть мешает!
И вот — не без тайного вздоха
Сквозь слезы я вижу отсюда,
Что с сердцем несчастному плохо,
Что с совестью бедному худо.
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
"В истории нашей  литераиуры были случаи, когда одна критическая статья гасила славу, охватившую всю читающую Россию. Так вспыхнул и погас Бенедиктов.Его поэзию высоко ценили Жуковский, Вяземский, Тютчев. О его замечательном даровании писали Плетнев, Краевский,Сенковский. Декабрист Николай Бестужев в 1836 году писал из Сибири:" Каков Бенедиктов? У него, к счастью нашей литературы, мыслей побольше, нежели у Пушкина, а стихи звучат так же".
А.И.Тургенев признавался Толстому:" Знаете ли вы, что я целовал имя Марлинского на обертке журнала, плакал, обнявшись с Грановским, над книжкой стихов Бенедиктова и пришел в ужасное негодование, услышав о дерзости Белинского, поднявшего на них руку".
 Эта дерзость решила литературную судьбу писателя.Сила приговора была не только в том, что он был произнесен спокойным голосом, вежливо, умело и беспощадно. Белинский дал формулу органического сродства между поэзией Бенедиктова и социальными условиями его успеха;
 "...поэзия г.Бенедиктова не поэзия природы или истории или народа, а поэзия средних кружков бюрократического народонаселения Петербурга.Она вполне выразила их, с их любовью и любезностью, с их чувствами и понятиями, словом,со всеми их особенностями, и выразила - простодушно-восторженно, без всякой иронии, без всякой скрытой мысли..."
  Белинский остановил успех - остановилась и  поэзия Бенедиктова. Она была названа, и в подлинной литературе, которая не терпит пустоты, больше жить не могла".
В.Каверин. Избранные произведения.Том второй. М."Художественная литература"1977.

"Тень" Пушкина

"Так, опираясь на ничтожные данные, на то, что можно назвать лишь тенью поступка, мысли , чувства, он (Ю.Тынянов) угадывал главное и строил на нем свое повествование.
  такой "тенью" была любовь Пушкина "к неизвестной", любовь "необычайная по силе, длительности, влиянию на всю жизнь, им самим не названная"(Ю.Тынянов). Многие исследователи (Гершензон, Щеголев). пытались угадать имя женщины, которую тайно и безнадежно любил Пушкин.Назывались имена Голицыной,Раевской. Прочтя по-своему лицейские элегии,сопоставив рассказы.записанные Бартеневым, изучив отношения Пушкина и Карамзина, Тынянов пришел к выводу, что этой любовью Пушкина была Екатерина Андреевна Карамзина. Он высказал гипотезу, что к ней относится посвящение "Полтавы", что создание "бахчисарайского фонтана" связано с воспоминанием о Карамзиной, с ее рассказом.Он объяснил их последнее свидание, когда за час до смерти Пушкина позвал Карамзину, когда, прощаясь, она перекрестила его издалека, а он сказал:"Подрйдите ближе и перекрестите хорошенько". И лишь окончательно убедившись в своей правоте, Тынянов стал писать об утаенной любви, прошедшей через всю жизнь Пушкина, от лицея до смерти
(..) Пораженный догадкой Тынянова,Эйзенштейн решил  поставить фильм, посвященный Пушкину и его утаенной любви.(...)Думаю, что Тынянов с радостью согласился бы работать с Эйзеншейном, и можно не сомневаться в том, что роман о Пушкине нашел бы глубокое воплощение.Но письмо Эйзенштейном  не было отправлено. Оно заканчивается припиской  ( от 4 января 1944 года) :"Узнал, что  Тынянов - умер. Письмо не отправил. Переделаю в  статью: " Запоздавшее письмо"."
                                                                                         В. Каверин

Михаил Осоргин ( 1878 - 1942) -"Времена".

"Как всякий поэт, Тютчев, конечно. преувеличивает: пространства России измерены и умом ее понять можно. Но "стать" у нее действительно особенная, потому и не понимал ее до конца полупетербуржец -полуиностранец, полупоэт, получиновник, писавший иногда превосходные стихи на слабом русском языке. Давно изжив квасной патриотизм, я не боюсь порою хвастать и восхищаться Россией-землей. К сожалению, ее всегда выдумывали, выдумывают и сейчас выдумаю, вероятно, и я.Ее хотят представить себе целиком, -а цельной России нет и никогда  не было, она состоит из нагромождения земель, климатов, гор, равнин, народов, языков и культур. Ее изображают медведем; с тем эе успехом можно изобразить и белугой, снопом, жаворонком, виноградной лозой, почкой малахита. Из нее многобожной и языческой, старательно выкраивали " матушку-Русь православную", как сейчас хотят представить ее безбожницей и комсомолкой. Великолепный базар ее племен малевали "народом-богоносцем"; ее строевой и мачтовый лес расщепливали на палки хоругвей; ее ширям подражали кучерской поддевкой и резным круговым ковшрм; ее Ваньку-дурака,хитрую кряжистую бестию, наряжали в театральный костюм Ивана Сусанина или жаловали то царским престолом, то марксистской ортодоксальностью. Над искажением лика России немало поработали два замечательных русских классика - Гоголь и Достоевский, и не ради русская земля Льва Толстого,так бы и не видать ее подлинного лика. Едва ли не самое большое несчастие России в том, что ею всегда управляют, хотя лучше всего она управлялась бы сама, как сама течет большая река, растет трава на заливном лугу,  само светит солнце, без помощи электрических станций. Не знаю, как это было бы, но знаю, как происходило и происходит противоположное и как на головы мудрых ( не умных, не просвещенных, а от природы мудрых) напяливают дурацкие колпаки. Я очень люблю Россию - ту, которую знаю, и это естественно для ее законнейшего сына, - но не уважаю ее  за ее ленивую волю: она позволяет  кататься на своей вые каждому любителю верховой езды.Иногда, встав на дыбы, она опрокидывает всадника - и сейчас же позволяет взнуздать себя другому.Пожалуй, действительно, межведь лучший ее образ - сила необычайная и легкая приручаемость: кольцо в ноздри- и танцуй под любую музыку".